Тугие узлы впиваются в нежную кожу запястий, пока грудастая красотка, сбитая с ног на темной улице, осознает — деваться некуда. Затхлый запах подвала, сырость и страх смешиваются с прерывистым дыханием. Ее сбивают с ног, швыряют лицом в пыльный пол, разрывая блузку до пупа. Тяжелые груди вываливаются наружу, соски мгновенно каменеют от холода и чужого, жадного взгляда. Первый насильник грубо раздвигает ей бедра, слюна летит на спину, пока он вбивается в тугую киску без предупреждения. Ее стон срывается на хриплый всхлип, пальцы скребут по бетону в поисках опоры, но его хватка на бедрах железная. Второй не ждет — одной рукой сжимает ей челюсть, заставляя раскрыть рот, и с грязной усмешкой вгоняет член прямо в горло. Слезы текут по щекам, дыхание сбивается, но она знает — перечить не стоит. Иначе по ебалу прилетит так, что искры из глаз посыпятся. Каждый толчок с двух сторон — как удар током. Ее тело принимает, сжимается, подстраивается под их грубый ритм. Звуки влажного шлепка смешиваются с жадным дыханием и сдавленными стонами. Когда сперма заливает оба отверстия, ее отпускают, как ненужную вещь. Уставшая, униженная, но выполнившая все до последнего желания ублюдков. Только тишина и боль в подвале остаются с ней до утра.