Каждое утро — один и тот же ритуал: тугие узлы врезаются в запястья и лодыжки, кожаный кляп глушит первые всхлипы, а в глазах — покорный блеск. Плетка со свистом впивается в набухшие соски, оставляя алые полосы, и каждый удар отдаётся жаром внизу живота. Секс-машина уже входит в неё — медленно, с маслянистым хлюпаньем, растягивая влажные складки. Длинный резиновый ствол насаживается до упора, заставляя её выгибаться дугой и мычать сквозь кляп. Ты только посмотри, как эта киска течёт — сок стекает по ягодицам, капая на простыни, а она всё жмётся навстречу, ловя каждый толчок. Стоны срываются с губ, смешиваясь со звуками шлепков и чавканьем машины. И вот — резкий выдох, судорога, и она кончает, сжимая член так, что даже резина скрипит. Каждое утро — один и тот же оргазм, но каждый раз будто первый.