С первыми лучами солнца в доме повисло тягучее предвкушение. Она вошла в комнату без стука — и замерла. Ты лежал на спине, разметавшись по кровати, с задранной футболкой и спущенными трусами. Твой утренний стояк был твёрдым до звона, и ты сжимал его в кулаке, сбивая накопившуюся за ночь влагу. Старуха хищно облизнула сухие губы. «Опоздаешь, жеребчик. Не дай бог, начальник оштрафует», — прошептала она, опускаясь на колени с неожиданной для её возраста грацией. Её рот накрыл твою головку, и ты выгнулся дугой, когда горячий язык скользнул по уздечке. Она сосала жадно, с чавкающими звуками, смакуя каждый миллиметр ствола рукой, сжимая мокрые яйца. Ты зарылся пальцами в её седые волосы, толкаясь глубже в горло, чувствуя, как её слюна стекает по твоему паху. Вместо зарядки — адреналин, вместо кофе — доза чистой похоти. Когда ты развернул её, она уже сама раздвинула ноги, подставляя влажную щель. Ты долбил её сзади так, что кровать стонала в такт, а старческое тело тряслось от каждого толчка. Сперма залила её рот и грудь, и она улыбнулась, вытирая подбородок: «Работник месяца».