Каждое утро он заходил в это кафе, тупо пялился в телефон и даже не подозревал, что её трусики намокают от одного только его голоса, когда он заказывал американо. Она смотрела на его руки, на его рот, и представляла, как эти пальцы сжимают её задницу, а губы смыкаются вокруг её соска. И вот — наконец-то! — она сунула ему салфетку с номером, и у него в штанах дёрнулось. Они даже недопили кофе, уже через час он зарывался языком в её мокрую, горячую киску, раздвигая скользкие складочки и чувствуя, как она дрожит и стонет, впиваясь ногтями ему в спину. Её соки текли по его подбородку, он втягивал их, рычал и дразнил клитор — то нежно, то жестко, пока она не выгнулась дугой и не кончила ему прямо в рот, с криком и всхлипом. А потом она встала на колени, взяла его член глубоко в горло, и он трахал её лицо, чувствуя, как слюна стекает по её груди, пока оба не взорвались от кайфа, усталые, потные и дико довольные друг другом.