Она заперта в этой клетке уже вторые сутки, и каждый металлический прут помнит жар её бедер. Стройная шоколадная самка с бешеным блеском в глазах – нимфоманка, которую не насытить обычным трахом, и её хозяин это отлично усвоил. Поэтому – режим: зверь должен голодать, чтобы вечером рвать добычу с особой жадностью. Защёлка клацает, дверца распахивается – и из темноты на свет вылетает ураган. Она не идёт – она прыгает на него, впиваясь ногтями в плечи, срывая голос в хриплый рык: «Наконец-то, сука! Я с ума сошла без твоего члена!» Воздух плавится от её дыхания, пока она трётся о его пах мокрыми трусиками, уже пропитанными соками ожидания. Первый толчок – как взрыв. Она оседлала его, вдалбливая бёдрами ритм дикой скачки, с каждым движением выливая накопившуюся злость и похоть. Её стоны – смесь ругательств и мокрых шлепков тел. Она берёт своё, царапая спину и кусая губы до крови, пока оргазм не разрывает её изнутри судорогой благодарности и торжества.