Она думала, что всё пройдёт бесследно. Что муж-олень так и будет сопли жевать, пока она раздвигает ноги перед толпой чернокожих самцов в грязной кабинке общественного туалета. Сладкая сучка, блондинистая милфа с гладко выбритой киской, мокрой от чужих языков и спермы, — ты так наивно полагала, что он не узнает? Но он знал. Всё. Каждое движение твоих бёдер, каждый хриплый стон, когда твой рот забивали сразу два члена. И вот твоя месть — ты просыпаешься, а тело не слушается. Запястья стянуты жёсткой верёвкой, ноги разведены в стороны, и из твоей раздолбанной, всё ещё влажной после ночных игрищ киски торчат вибраторы и анальные бусы. Кляп во рту давит на язык, и ты можешь только мычать, чувствуя, как игрушки начинают вибрировать от пульта в его руке. Каждая мышца твоего живота дрожит, клитор набухает, а он смотрит на твой позор и улыбается. Это не месть, детка — это расплата за то, что ты посмела быть такой грязной шлюхой без его разрешения. Теперь ты будешь кончать, пока не взмолишься о пощаде, но кляп не даст тебе даже пискнуть.