Стоило ему однажды войти в этот тугой, горячий зад — и всё, пропал парень, подсел на иглу анального кайфа. Теперь каждую неделю он знает: будет её попка, будет этот смачный, влажный хлюп, когда член входит в сжатое колечко. И сегодня она сама, блядь, понимает — хочет этого не меньше. Блондинка медленно, играючи, упирается ладонями в край компьютерного стола, прогибает спину, выставляя задницу на идеальную высоту. Минута — и его ладони уже сжимают её бёдра, пальцы впиваются в нежную кожу, а головка скользит по влажным, уже готовым губкам. Она тихо, жадно выдыхает, чувствуя, как он медленно, нарочито томительно входит — первый дюйм, второй, третий... Тесная киска сжимает его, и он глухо стонет, вбиваясь глубже, под ритмичный скрип стола. Её стоны становятся громче, она сама подаётся назад, насаживаясь на его член, ловя каждое движение. Комната наполняется хлюпаньем смазки, запахом пота и секса. Он наклоняется к её уху, тяжело дыша: «Нравится, когда тебя так жёстко долбят? Скажи, грязная сучка, чья ты?» — и в ответ слышит только её прерывистый стон, когда очередной толчок посылает искры по всему телу. Этот стол запомнит, как она дрожала, кончая на его члене, сжимаясь так, что он едва мог двигаться. А он кончает глубоко внутри, с рыком, вбиваясь до упора, чувствуя, как пульсирует её задница, принимая каждую каплю. И всё это снова повторится через неделю — когда она вновь встанет раком, ожидая его твёрдого, голодного члена.