Утро в этом офисе начинается не с эспрессо, а с искр. Она врывается в кабинет — разъяренная тигрица в строгой юбке, губы сжаты в нитку, в глазах — штормовое предупреждение. Секретарша что-то ляпнула? Да плевать. Ей нужен выпуск пара, и единственный клапан — это он. Парень уже стоит у стола, лениво поигрывая ширинкой, зная: её «разбор полетов» закончится только одним. — Заткнись и иди сюда, — рычит она, хватая его за галстук, и через секунду её задница уже впечатана в полированную столешницу. Чулки натянуты до хруста, трусики — в клочья. Он проводит ладонью по её влажной щелке, чувствуя, как она дрожит от злости и желания, а потом входит — резко, глубоко, до самого упора. Кабинет наполняется хлюпающими звуками и её сдавленными стонами. Каждая его фрикция — месть за утреннюю перепалку. Она царапает ногтями кожаную обивку кресла, выгибаясь навстречу, пока его яйца шлепают по её налитым ягодицам. Он сжимает её бедра, вбиваясь так, что стол ходит ходуном, бумаги разлетаются по полу. Влажность заливает его член, она уже не сдерживается — мычит, кусая губу, пока горячая волна оргазма не накрывает её с головой. И только тогда он позволяет себе кончить, заливая её изнутри, оставляя свою метку на этой стервозной начальнице. Рабочий день удался.