Солнце только начало пробиваться сквозь шторы, а его пальцы уже скользили по моей коже, отодвигая одеяло. Я лишь приоткрыла глаза — и сразу этот наглый взгляд, полный утреннего голода. Но я не из тех, кто просто даст себя пощупать спросонья. Улыбнувшись, я перехватила его руку. — Малыш, хочешь потрогать? — мой голос хриплый, сонный, но уже дразнящий. — Давай я покажу тебе, как надо начинать день. Я сползла ниже, ощущая, как его член упирается мне в щеку. Влажный, тугой, уже готовый. Я обхватила его губами, впуская глубоко в горло, пока он выгнулся и застонал сквозь зубы. С каждым моим движением, с каждым мокрым хлюпаньем, я чувствовала, как он наливается силой. А когда он перевернул меня, входя резко, с хриплым *давай, сучка*, я закусила губу от этой грубой, утренней жадности. Мы двигались в такт, мокрые, липкие, пока он не кончил, заливая меня горячей, густой спермой прямо в рот. Я проглотила, не разрывая зрительного контакта. Доброе утро, детка.