Она неслась на велике, раздвинув ноги так, будто уже ждала, пока кто-то раздвинет их шире. Увидела его — и тут же потеряла управление, грохнувшись на асфальт со всей дури. Сука поднялась, отряхнула задницу, и он заметил: никаких трусов. Никакого стеснения. Только влажная щель, которая уже блестела в свете фонарей. — Больно? — спросил он, помогая ей встать. Она лишь усмехнулась, проведя языком по губам: — Только если ты не трахнешь меня прямо сейчас. Дома он не стал ждать. Зашвырнул её на кровать, разодрав платье в клочья. Она заскулила, когда он вошёл в неё сзади — резко, глубоко, до хруста позвонков. Каждый толчок — как удар молнии. Она стонала, выгибалась, молила: — Еби меня, еби! Ты мой грязный рыцарь! Он перевернул её, задрал ноги на плечи и вбивал член так, что кровать ходила ходуном. Она кончила первой — с криком, содрогаясь всем телом, разливаясь по простыням. Он дождался, пока она ослабеет, и кончил ей прямо на лицо, в открытый рот, на грудь — щедро, горячо, оставляя свою метку. — Надеюсь, теперь ты запомнишь, кого искать на велосипеде, — усмехнулся он, глядя, как она слизывает его сперму с пальцев.