Она застыла у ксерокса, когда аппарат с чавкающим звуком выплюнул снимок её разомлевшей киски. Блядская хрень засветила сочные, влажные губки, капельку сока на небритом холмике. Начальник, старый хищник, лишь усмехнулся, приглашая «на ковёр». Его голос стальной плетью резанул воздух — угрозы, увольнение, но она лишь облизнула губы, раздвинув бёдра на стуле. Лёд треснул, когда она, наклонившись, ткнулась сосками в его стол. Её пальчик скользнул в трусики, растягивая кружево, показывая ту самую пиздёнку — влажную, дрожащую, готовую на всё. Она оседлала его стояк без слов — сочные ягодицы шлёпнулись на член с хлюпающим звуком. Влажная киска вбирала его плоть до самого основания, а она накручивала бёдрами, постанывая в такт офисному кондиционеру. «Прощена», — выдохнул он, заливая её задницу густой, тёплой спермой, пока она кончала на его пальцах, сжимая бёдра до синяков. Облизав его ствол до блеска, она уткнулась носом в мокрый лобок, впитывая каждую каплю расплаты. С этого дня её ксерокопии хранят в сейфе, а его рот — вкус её сладкой мести.