Кожаное кресло «Лексуса» помнит запах духов жены, но сейчас оно принимает совсем другой ритм. Этот хитрый сукин сын из пригорода Лос-Анджелеса знает: машина — не просто тачка, а идеальный трахательный полигон, чтобы жена оставалась в неведении. Блондинка, которую он подвозит, уже закинула ноги на приборную панель, юбка задралась, трусики — на полу. Он входит в неё сочным, влажным толчком, и салон наполняется хлюпающим звуком смешанным с её сдавленным стоном. — Тише, детка, — хрипит он, вжимая её спину в руль, — не поцарапай кожу… мне ещё перед женой отчитываться. Каждое движение — глубже, злее. Его пальцы сжимают её бёдра, оставляя красные следы, а она выгибается навстречу, кусая губу, чтобы не закричать. Влажный жар между ног заливает сиденье, но он помнит главное правило: ни одной капли спермы на обивку. Когда финальная дрожь прошивает её тело, он выходит из неё резко, кончая в презерватив, который тут же завязывает узлом. Выкинуть в придорожный бак — и дома его ждёт уютный ужин… и запах новой пассажирки на коже.