Она прилетела в Верону за романтикой, а наткнулась на два голодных взгляда. Белокурая сучка с невинными глазами быстро поняла: местные самцы берут своё без лишних предисловий. Одного из них она ловила ртом каждый вздох — так сильно хотела, чтобы этот твердый, налитой кровью ствол оказался внутри. Плевать, что друг смотрит, как она дрожит и кусает губы, пока пальцы скользят по ремню его джинсов. Он уводит её в тень, подальше от чужих глаз, но не от похоти. Она уже запускает ладонь в ширинку, чувствуя, как пульсирует его толстый хуй — горячий, упругий, будто специально созданный для её рта. Стон вырывается, когда он разворачивает её спиной к стене, задирает юбку и входит — резко, глубоко, заставляя прогнуться и забыть, кто она и где. Каждый толчок — это влажное шлёпанье кожи, сбитое дыхание и её хриплое: «Ещё, не останавливайся». Он трахает её жестко, пока ноги не подкашиваются, а на губах не остаётся только солёный вкус его имени.