Сонный расслабленный член ещё не успел моргнуть, а её чёрные пальцы уже гладят его сквозь кружево трусиков — играет, дразнит, заставляя кровь приливать к головке. Она медленно раздвигает бёдра на кровати, показывая влажную дырочку, которая блестит в утреннем свете, словно приглашая на завтрак. — Давай, малыш, проснись и побалуй меня своей твёрдостью, — шепчет она, беря член в рот, обводя языком уздечку. Каждое движение — медленная пытка: сначала нежно, потом жадно, заглатывая до корня, пока он не становится каменным. Она ложится на спину, ноги широко, пальцами раздвигает половые губы, показывая, как сильно хочет его внутри. Парень входит медленно, чувствуя, как её горячие стенки сжимаются, словно в спазме, выдавая дрожь от первого толчка. — Ещё, глубже, — стонет она, впиваясь ногтями в спину, когда он ускоряется, вбиваясь в неё ритмично, глухо, с каждым движением выбивая из неё всхлипы и пошлые проклятья. Член скользит во влажной киске, слышно чавканье, её стоны смешиваются с его тяжёлым дыханием. Она выгибает спину, кричит, когда оргазм накрывает её волной, сжимая член так сильно, что он кончает прямо внутрь, заливая её горячей спермой, а потом она слизывает остатки с его головки, облизывая губы, улыбаясь сытой улыбкой хищницы.