Она только заглянула в спальню — и дыхание перехватило. Влажные пальцы скользят по простыням, сладкие всхлипы и смех двух разгоряченных тел. Но мамочка не просто смотрит. Её прожигает током желания — низ живота сводит от мысли, что эти нежные руки, эти языки могут ласкать и её. Она чувствует, как трусики намокают в ту же секунду. Мамочка крадётся за молоденькой любовницей дочери. Уводит её, как кошка, утаскивающая самую жирную мышку. Девчонка даже не сопротивляется — в глазах уже горит тот самый охотничий огонёк. В ванной пар стоит стеной. Мамочка опускается на колени перед ванной, проводит языком по влажной коже бедра — и слышит сдавленный стон. Она раздвигает нежные складочки языком, погружается в горячую, сочную плоть, чувствуя, как та дрожит и раскрывается навстречу. Каждый толчок языка — глубже, жаднее. Вкус юной киски сводит с ума. Мамочка стонет прямо в промежность, чувствуя, как мокрая щель пульсирует от ритмичных ласк. Девчонка выгибается дугой, впиваясь ногтями в край ванны, и шепчет хрипло: «Ещё… не останавливайся…». А мамочка лишь усмехается, поднимая мокрый подбородок, и понимает: эта нимфоманка будет её — жарко, грязно и до самого утра.