Блондинка, виляя задницей в кружевных трусиках, резко двигает фигуру на доске — и тут же теряет интерес, когда понимает, что проигрывает этому зазнавшемуся мальчику в интеллекте. Её взгляд темнеет, она облизывает губы, медленно стягивая маечку через голову. «Ничья?» — шепчет она хрипло, проводя пальчиком по его бедру. Он сглатывает, забыв про короля и пешки. Теперь игра идет на её поле — мокром, горячем, без правил. Она садится на стол, раздвигая ноги, и тянет его за ремень к себе. Звук расстегивающейся молнии, влажный поцелуй, её сдавленный стон, когда он входит резко, без предисловий. Доска летит на пол, фигуры рассыпаются в такт их толчкам. Она вцепляется в его волосы, выгибаясь, шепчет: «Да, вот так, выигрывай…» — пока оба не взрываются в диком, мокром оргазме, оставляя шахматы пылиться в углу навсегда.