Легкий запах масла, смешанный с возбуждением, заполнял кабинет. Блондинка, изгибаясь на кушетке, намеренно касалась бедрами твердого стояка клиента, чувствуя, как он вздрагивает. «Давай, не дрейфь, — шепчет она, проводя языком по его уху, — за двойной тариф я вылечу твой позвоночник так, что ты забудешь, как дышать». Его ладони грубо сжали ее ягодицы, раздвигая в стороны, и она, тихо смеясь, подалась навстречу. Скользкий, мокрый вход принял его сразу, без прелюдий — хватит игр. Каждый толчок отдавался эхом в деревянной кушетке, скрип которой заглушал их сбивчивое дыхание. Она скакала на нем верхом, чувствуя, как член уходит глубоко, до самой шейки, выбивая из горла сдавленный стон. «Вот так, мальчик, прорабатываем поясницу», — выдыхает она, сжимаясь вокруг него в тугом, влажном спазме. Ее пальцы впились ему в плечи, а губы прикусили мочку уха, пока он, рыча, кончал глубоко внутрь, заливая ее горячей струей. Работа сделана — здоровье поправлено, а кошелек стал заметно толще.