Она ждала этого. Давно. Ныла внутри, представляя, как этот мясистый, жилистый негр войдет в нее. Когда он стягивал с нее трусы, она уже дымилась от похоти. Мокрая киска блестела в тусклом свете, готовая принять его. Но сначала — глотка. Она жадно заглотила его ствол, давясь слюной, чувствуя, как вены пульсируют на языке. Но скоро ей стало мало. Она хотела, чтобы он трахал ее по-настоящему. Закинув ноги ему на плечи, она впустила его в себя — и задохнулась от резкой боли. Ее узкая щелка сжималась, не желая пускать такого зверя. Но он знал, что делать. Он вбивался в нее с глухим рыком, разрывая ее влажные стенки, пока она не взвыла, вцепившись ногтями в простыни. С каждым толчком ее тело сводило судорогой, а из горла вырывались грязные стоны. Она кончила первой, залив ему член белым соком, и только тогда он позволил себе разрядку — горячей струей, заполнив ее до краев. Она облизала его, усмехаясь: эта сучка знала, чего хотела.