Она знает, что делает. Проводит ладонью по упругой попке, сжимая её так, будто пробует на вкус, и улыбается этой хищной, порочной улыбкой. «Ты же хочешь засадить мне в эту дырочку?» — шепчет, облизывая губы, пока пальцы скользят ниже, раздвигая ягодицы. Член твердеет мгновенно, наливаясь тяжестью, и она сама берёт его за головку, ведёт туда, где всё сжимается в предвкушении. Первый толчок — и она выгибается, впуская его медленно, до самого конца, чувствуя, как наполняется. Пальцы летят к клитору, трут его быстро, мокро, в такт ударам, что становятся всё глубже, всё жёстче. Телефон в руке дрожит, но она держит ракурс, чтобы каждая подружка увидела, как её трахают в зад, как слюна капает на простыни, как член входит и выходит, блестя от смазки. Стон срывается с губ — громкий, грязный, победный. Она кончает, сжимаясь вокруг него, и в этом спазме — вся её пиздатая, бесстыдная суть.