Светлые волосы разметались по подушке, а в глазах — голодный, почти звериный блеск. Она устала ждать, пока эта деловая сучка закончит свои гребаные звонки. Сбросить шелк с тела — и вот она уже стоит перед ней, голая, с влажным блеском на коже, готовая взять своё силой, если надо. — Хватит строить из себя занятую, — выдыхает она, опускаясь на колени прямо перед раскрытыми ногами подруги. Пальцы скользят по внутренней стороне бедра, чувствуя, как напрягается мышца. — Я хочу, чтобы ты кончила. Сейчас. Язык находит сосок — твердый, налитой, розовый, как утренняя заря. Она обводит его кругом, прикусывает, втягивает в рот, пока подруга не выгибается дугой, забыв про ноутбук. Пальцы ныряют в горячее, скользкое лоно, и слышен тихий, влажный хлюп, когда они входят на всю длину. — Ох, да, какая же ты мокрая… — шепчет она, опускаясь ртом к самому клитору. Язык — острый, быстрый, как змеиное жало — дразнит, лижет, всасывает этот тугой бугорок, пока подруга не начинает дрожать и стонать, вцепляясь в её волосы. — Хватит меня дразнить, трахни меня, как следует, — скулит деловая стерва, отбрасывая телефон. Теперь обе — дикий клубок тел на диване. Ноги переплетены, пальцы внутри друг у друга, губы не размыкаются в поцелуе, пока слюна не стекает по подбородку. Ритм учащается, мокрые звуки, сдавленные крики — и первая волна оргазма накрывает их одновременно, выгибая спины и заставляя царапать обивку. И это только начало. Впереди — долгая, потная ночь, полная жадных стонов и липкой неги.