Её шелковая ночнушка едва прикрывала эти сокровища — тяжелые, налитые сисяры, что так и просились в рот. С утра она играла с ним, дразнила, проводила соском по его губам, пока у парня не поехала крыша. Он рванул ткань, обнажая её полностью, и тут же засадил член глубоко в ротик — без прелюдий, нагло, так, что она застонала, чувствуя, как ствол упирается в горло. Спазм слюны, хлюпанье, её мокрые губы вокруг головки — она брала жадно, до слёз, пока он держал её за волосы. А потом раздвинула ноги, сама направила его пульсирующий ствол в свою скользкую щель. В позе наездницы она скакала, вбиваясь бёдрами, сжимая член внутри так, что у него темнело в глазах. Каждый толчок — мокрый шлепок, её сиськи ходили ходуном, а он сжимал её задницу, вбиваясь снизу всё глубже. Долго, без остановки, пока воздух не наполнился их хрипами и влажным чавканьем. Она кончила первой, выгибаясь дугой, а он взорвался следом — горячие струи залили её живот и грудь, стекая вниз по коже.