Её светлые волосы разметались по подушке, когда она встала на колени, с жадностью раскрывая влажные губы. Он даже не спросил — просто провел головкой по её языку, и она застонала, втягивая его целиком. Член такой толстый, что ей приходится ослаблять челюсть, давить слюной и давиться, но она обожает это чувство — когда он наполняет её рот до самого горла, а она смотрит снизу вверх, молясь, чтобы он кончил глубже. Негр рычит, сжимая её затылок, и вбивается снова и снова, пока слёзы не текут по щекам блондинки. Но она не сдаётся — вылизывает ствол до блеска, обсасывает яйца, дразнит уздечку языком, и только когда он почти взрывается, отпускает, разворачиваясь упругой попкой. Он входит в неё с мокрым шлепком — без смазки, только её слюна и его напор. Она вскрикивает, впиваясь ногтями в простыни, но подается назад, насаживаясь глубже. Её узкая задница сжимает его, как бархатный кулак, и каждый толчок выбивает из неё мокрый хриплый стон. Он хватает её за белые волосы, оттягивая голову назад, и шепчет на ухо грязные фразы: «Вся моя, сучка, давай, раздвинь шире». Она мычит, чувствуя, как внутри нарастает жар, как член упирается в самые стенки, растягивая до предела. Он ускоряется, вколачиваясь так, что кровать ходит ходуном, и когда она кончает, сжимаясь вокруг него спазмами, он выходит, направляя струю спермы ей на лицо, в открытый рот и в дрожащую дырочку. Она слизывает капли с губ, улыбаясь мутным взглядом: идеальный финал для грязной, сочной, идеально неподходящей пары.