Она влетела в его квартиру — упругая, налитая соком, с грудью, которая рвалась из блузки, будто умоляя её освободить. Диктофон в дрожащих пальцах, на губах — улыбка невинной стервы, а в глазах — голод. Он даже не дал ей договорить: вырвал эту дурацкую технику, швырнул на диван и впился в её рот грубо, жадно, сминая сочные губы языком. Она взвизгнула, но тут же вцепилась в его плечи, прогибаясь в спине — её слюна уже текла по подбородку. Он разорвал на ней трусихи одним движением и вошёл в неё мокрую, горячую, готовую. Каждый толчок — это звук шлепков её упругой задницы, её хриплый стон «да, глубже, порви меня». Она оседлала его сверху, тряся сосками перед его лицом, пока он сжимал её ягодицы до синяков. В финале, стоя на коленях, с разбитыми губами и спермой на лице, она улыбнулась — ни капли стыда, ни грамма морали. Чистая, развратная, свободная сука, которая кончила от того, что её просто выебли без лишних слов.