Она входит в этот подвал не жертвой — богиней, которая знает, зачем пришла. Взгляд мутный от желания, соски затвердели до боли, а между ног уже влажно и жарко, как в аду. Двое мужиков встречают её хищными улыбками — они знают, что эта сучка приползла за жёсткой еблей, за тем, чтобы её выдолбили до беспамятства. Связки врезаются в запястья, кожа натягивается, когда её швыряют на холодный пол. Первый удар плети — и она взвизгивает, но не от боли, а от того, как током прострелило в клитор. Груди ходят ходуном, пока её разворачивают раком, и в мокрую, голодную киску влетает первый ствол. Глухо, до самых яиц, так что она взрывается хриплым стоном. Но второй уже тычет в рот — солёный, твёрдый, настойчивый. Она давится, захлёбывается слюной, пока её трахают с двух сторон, как последнюю шлюху. Визги мешаются с хрипами, слёзы размазывают тушь по щекам. Члены таранят её ненасытные дыры снова и снова, не давая перевести дух, и каждый новый толчок — это обещание кончить глубоко внутри, оставив её дрожащей, залитой и абсолютно счастливой.