Она смотрит на тебя с лёгкой усмешкой, и в этом взгляде — обещание. Капризная недотрога, которая знает, как заставить тебя проглотить слюну ровно за секунду до того, как сведет скулы. Ты даёшь ей игрушку — маленький, послушный вибратор, и её пальчики обхватывают его с ленивой, почти кошачьей грацией. Она проводит им по губам, чуть приоткрыв рот, и ты слышишь, как её дыхание становится глубже, влажнее. Когда она опускает игрушку ниже, по ключице, к животу, а потом — к самому горячему месту, у тебя пересыхает в горле. Она стонет, едва касаясь клитора, и этот звук — как электрический разряд прямиком в твой пах. Она двигает бёдрами навстречу, выгибается, и ты видишь, как её киска набухает, становится розовой и скользкой. Пальцы другой руки она засовывает в рот, посасывает их, глядя на тебя в упор, и шепчет: «Смотри, не отвлекайся. Я только разогреваюсь». Твой член уже пульсирует, упираясь в молнию джинсов. Ты готов взорваться, но она не позволяет — она играет с тобой, растягивая это безумное напряжение. Её стоны становятся громче, игрушка входит глубже, и ты слышишь влажные, хлюпающие звуки, от которых яйца наливаются свинцом. Она кончает, выгибаясь дугой, и её крик — это приказ: подойди и возьми меня, пока я не передумала. Ты уже чувствуешь, как твой ствол входит в её горячую, содрогающуюся плоть, и готов кончить от одного только воспоминания о её взгляде.