Она — ночная фея с шоколадной кожей, которой плевать на правила приличия. Голышом скользит по тёмному дому, пока все спят, оставляя на холодном полу отпечатки влажных ступней. И вот он — этот момент на кухне. Свет из холодильника выхватывает её точеный силуэт: упругие груди с набухшими сосками, узкую талию и блестящие, влажные губы, которые в темноте кажутся запретным плодом. Он входит и замирает. В ту же секунду её задница уже вжимается в столешницу, а пальцы скользят по его ремню. Хрен встаёт мгновенно, наливаясь кровью до боли, до дрожи в коленях. Девчонка усмехается, опускаясь на колени, и берёт член в рот так глубоко, что из горла вырывается гортанный, влажный звук. Слюна стекает по подбородку, она смотрит снизу вверх, пока губы всасывают его до корня, а язык ласкает налившуюся головку. Дальше — дикий, хриплый секс на полу кухни. Она сгибается, впуская его в свою тугую, горячую киску. Каждый толчок — это мокрый, чавкающий шлепок, от которого вибрирует воздух. Её стоны срываются в рык, пальцы впиваются в его спину, оставляя красные полосы. Он трахает её так, что стены, кажется, потеют. В конце — дрожь её бёдер, судорога внутри, и влажный выдох в темноту: «Ну что, ковбой, выдохся?»