Мда уж, милая… Твой «Мерс» даже рядом не стоял с этой убитой «Ладой», да? Смотри, как она ходуном ходит, когда я вжимаю педаль в пол. Но салон — вот где настоящее волшебство. Твой зад уже скользит по этому дешевому чехлу, пока я одной рукой кручу баранку, а второй — раздвигаю твои влажные складки под юбкой. Ты ахаешь, когда костяшки моих пальцев касаются твоего клитора, пульсирующего в такт двигателю. — Сервис, блядь, на высоте, — шепчу я тебе на ухо, пока мы сворачиваем в темный переулок. — Но сначала — гигиена. Никаких ворсинок от колготок на моем языке. Пена сбивается, стекает по твоему лобку, пока я орудую бритвой, зажав ее между твоих дрожащих бедер. Ты скулишь, выгибаясь, когда лезвие скользит слишком близко к набухшим губкам. А потом я вгрызаюсь в твою гладкую, горячую плоть ртом, и ты забываешь, как дышать. Трах тебя в этой тесной пещере — как наказание за все твои капризы. Я вбиваюсь жестко, на каждом толчке впечатывая твой копчик в виниловый диван. Твой скулеж смешивается с хрипом магнитолы. Ты кончаешь, кусая меня в плечо, а я все трахаю, трахаю… И да, детка, я беру с тебя только за поездку. Плюс — твой сок на моих губах, как чаевые.