Влажный аромат запрета и разврата плыл по комнате, когда брат поймал её у порога. Его взгляд обжёг кожу, что едва прикрывала её тело – эти тряпки, которые она осмелилась назвать одеждой. «Ты шлюхой решила стать?» – его голос резал тишину, но в её глазах плясали бесы похоти. Она лишь облизнула губы, дразня, игнорируя приказ. И тогда его терпение лопнуло, как тонкое кружево на её груди. Рваный звук ткани, её приглушённый всхлип – и вот она уже голая, дрожащая, прижатая спиной к холодной стене. Его ладонь сжимает её затылок, заставляя прогнуться в пояснице, а член – тяжёлый, горячий, как раскалённая сталь – входит в неё с первого толчка, грубо, без предупреждения. Она вскрикивает, но это не боль – это животная радость, что разливается по её венам. Каждый толчок – приказ. «Смени позу, дрянь». Она покорно опускается на колени, чувствуя, как его пальцы впиваются в её волосы, направляя рот к пульсирующей головке. Влажный, жадный звук её губ, слюна, стекающая по подбородку – она глотает его всей глубиной горла, пока он рычит, вбиваясь в её горло. А потом – финал. Сдавленный стон, горячая струя спермы, заливающая её жадный рот, и она глотает, не проронив ни капли, глядя на него снизу вверх – покорная, развратная, его.