Она приходит сама. Без стука. Открывает дверь своим ключом — мокрая, горячая, с блядским блеском в глазах. Ей плевать, что у него есть девушка. Ей плевать, что соседи услышат. Ей нужно одно — чтобы этот наглый молодой самец снова разложил её на кровати, задрал ноги в потолок и вогнал свой тяжёлый член в её тугую, готовую к жёсткой выебке задницу. Она стягивает трусики, не глядя, чувствуя, как слюна уже течёт из её рта в предвкушении. Он подходит сзади — хватает за волосы, нагибает лицом в подушку, разводит её сочные, упругие ягодицы и без предупреждения врывается в её сжатый анус. Она взвизгивает, скулит, сжимается — но не просит остановиться. Наоборот, жопа подаётся назад, насаживаясь глубже, громче, грязнее. — Ты такая дешёвая сука, — рычит он, вбиваясь в неё до хруста. — Муж дома ждёт, а ты прибежала, чтобы я тебя как шлюху в жопу имел? Она мычит в простыню, глаза закатываются, киска течёт на бельё. Каждый толчок — как удар током по позвоночнику. Ей больно, ей сладко, ей хочется, чтобы это никогда не кончалось. Она кончает первой — с визгом, с дрожью, с мокрым хлюпаньем. А он продолжает, грубее, быстрее, пока не заливает её горячей спермой прямо в сжатое очко, оставляя там своё грязное клеймо до следующего раза.