Тонкий шелк пижам скользит по разгоряченной коже, соски твердеют, натягивая ткань, пока две подружки делают вид, что пьют чай. Губы, влажные и припухшие, тянутся друг к другу в медленном, дразнящем поцелуе. Языки сплетаются, и один из них скользит ниже, по шее, прокладывая влажную дорожку к ключице. Тонкая ткань сползает с плеча, обнажая упругую грудь. Вдруг дверь распахивается — он врывается в комнату, замирая на пороге. Две пары глаз, хитрых и голодных, встречают его. «Ну что, засранец, хочешь настоящего чая?» — шепчет одна, уже стягивая трусики. Они опускаются на колени синхронно, как дрессированные сучки. Пальцы скользят по ремню, молния летит вниз, и толстый, налитой кровью ствол выскакивает наружу. Два влажных рта набрасываются на него: одна глубоко заглатывает головку, вторая облизывает яйца, посасывая их по очереди. Звуки влажных засосов и сдавленных стонов заполняют комнату. Он переключается: одна подружка оседлывает член, вбиваясь в него так, что мокрые звуки разлетаются по комнате. Вторая раздвигает ягодицы, показывая розовую дырочку, готовую принять его пальцы. Спина выгибается дугой, когда он трахает ее в анал — жестко, глубоко, до хлюпанья. Стоны переходят в крики, когда он переключается между дырками: то в мокрую киску, то в тугую попку, то обратно в разгоряченный рот. Каждая клетка тела вибрирует от напряжения. Финал: он взрывается, заливая горячей спермой их улыбающиеся лица и упругие груди. Они слизывают капли друг с друга, смеясь и постанывая. Лесбийский чай превратился в жаркий тройничок — стройные сучки в липкой сперме, он — между ними, выжатый до капли. Довольные как кошки, облизываются в предвкушении следующего раунда.