Она уже не просто хочет — её тело вибрирует, низ живота сводит от пульсирующей пустоты. Парня нет, но есть Он — её отчим, чей стояк, кажется, достаёт до колен, налитый и тяжёлый под джинсой. Желание — дикое, липкое — не даёт дышать. Она скользит в его спальню, когда жены нет дома, и падает на колени, нетерпеливо стягивая ширинку. С первым же касанием губ по головке по телу прошивает ток. Она берёт его глубоко, смачно, с гортанным хрипом, впуская слюну и жадность. Каждый дюйм — как глоток кислорода. А потом он опрокидывает её на кровать, и она сама раздвигает бёдра, принимая этот мощный, здоровенный конец в свою тесную, сочащуюся манду. Мокрый влажный звук входа заставляет её выгнуть спину. Он трахает её грубо, ритмично, пока она скулит, вцепившись в простыни. Потные тела, запах секса, стоны, что смешиваются с хлюпаньем — и финал, когда он изливается глубоко в неё, горячей, плотной струёй. Зачем жена, когда есть такая падчерица?