Она носила этот белый халат как проклятие. Три месяца — ни одного мужика. Ни поцелуя, ни прикосновения, ни даже грязного взгляда в её сторону. Только стерильный запах больницы, холодные инструменты и пустота между ног, которая пульсировала голодом. Когда она зашла в палату номер 7, её ноздри дрогнули — пахло потом, железом и тестостероном. А потом она увидела это. Под тонкой больничной простынёй стоял не просто член. Это был ствол. Тёмный, жилистый, налитой до звона в висках, он упирался в ткань так, что шов трещал по шву. Она сглотнула, чувствуя, как трусы мгновенно намокают. Он лежал и улыбался, зная, что она уже попалась. «Доктор, у меня жар. Пощупайте», — хрипло сказал он, откидывая простыню. Член выскочил упругим толчком, на конце — блестящая капелька предэякулята, готовая сорваться. Она провела пальцем по вене, от основания до головки, чувствуя, как он дёргается под кожей. «Лечить буду долго», — выдохнула она, открывая рот.