Она думала, что справится — маленькая наивная сучка с разгоревшимися бедрами, у которой мозги окончательно пересохли от одной только мысли о его члене. Увидела раз — и всё, крышу сорвало напрочь. В темноте крадется к нему в постель, чувствуя, как трусики уже насквозь мокрые от предвкушения. Дрожит, пока языком обводит головку, с наслаждением втягивая его в рот, пока по позвоночнику бежит жар. А он только рычит сквозь зубы: «Ты вообще понимаешь, что делаешь, мелкая?» Но ей плевать — у нее внутри уже плавится всё. Он входит резко, глубоко, заставляя ее выгибаться и скулить, пока каждый толчок разбивает остатки стыда вдребезги. Влажные шлепки, сбитое дыхание, ее пальцы впиваются в его спину, когда внутри начинает взрываться сладкая судорога. И финал — горячая, густая струя, заливающая ее изнутри до краев, чтобы ни одна капля не пропала даром.